Зверства НКВД на територии Галичины

С приходом советской власти в 1939 году, на территории Галичины были образованы Львовская, Тернопольская, Дрогобычская и Станиславовская (после войны – Ивано-Франковская) области. Дрогобычская область в 1960 году была присоединена к Львовской. В каждой из этих областей было по несколько крупных тюрем, куда доставляли всех заключённых из каждого районного НКВД и милиции. Большинство арестованных в то время были политическими заключёнными – «врагами советской власти», жители региона, которые при польской власти занимали высокие служебные должности в государственных и финансовых органах, на железной дороге, служили в полиции, в судебно-юридических учреждениях, возглавляли научные и культурные заведения, руководили общественными организациями и партиями, а также крупные землевладельцы и собственники недвижимости. Очевидно, что в этих категориях населения большую часть составляли поляки, было также много украинцев, евреев, чехов, русских и многих других национальностей. Они подлежали аресту с первых дней советской власти, поэтому тюрьмы были переполнены.

Весной 1940 года, одновременно с Катынскими расстрелами интернированных польских офицеров, в тюрьмах Западной Украины были расстреляны 3435 «врагов советской власти». Часть из них для этой цели вывезли на восток, большинство расстреливали на местах. Подробности этого кровавого преступления до сих пор не раскрыты, известны только имена погибших, опубликованные в 90-е годы. В Польше они известны как «Списки Снежка». Уничтожение всех арестованных по «политическим» статьям, которых не успели вывезти на Восток, было совершено большевиками в конце июня – начале июля 1941 года, с началом наступления на СССР гитлеровской армии. В первые дни войны, согласно существующей инструкции для военного времени, по составленным наспех спискам, расстреливали осуждённых к высшей мере и большим срокам. В последующие дни – политических, находящихся под следствием, а перед самым бегством – всех подряд, уже без списков. Многих арестованных в облавах последних дней, не успевали даже записать в тюремные книги, тем более завести на них личные папки. Часть архивов пропала во время эвакуации на Восток. Этим объясняется отсутствие архивных сведений о значительной части жертв.

Тела расстрелянных и зверски замученных жертв наспех зарывали прямо рядом с тюрьмами и в их подвалах, а жертвы последних дней вообще не успевали скрыть. Известно, что в органах НКВД было много садистов и безбожников, представителей разных национальностей, отбросов общества. Годами подвергая подследственных жестоким пыткам и выполняя расстрелы, эти работники теряли человеческий облик. Озверевшие палачи во время разгула массовых расстрелов получили волю своему садизму и совершали дикое глумление над телами погибших. Всё это впервые стало явным после отступления «советов», когда местное население разбивало тюрьмы, находило горы изуродованных тел и становилось свидетелями жестоких издевательств над ними. Немецкие власти с пропагандистской целью открывали тюрьмы и не препятствовали населению в поиске и захоронении близких. В отдельных случаях немцы сами раскрывали свежие ямы, на некоторых из которых ещё шевелилась земля. Через несколько дней возникла угроза санитарной безопасности. Тогда оккупационные власти организовали массовые захоронения неопознанных жертв на городских кладбищах. Местное население в меру возможностей военного времени ухаживало за этими захоронениями, которые с приходом «вторых советов» подверглись уничтожению, и немногие из них удалось сохранить до наших дней.

Здесь мы расскажем об одном из таких мест – Львовской тюрьме №3, располагавшейся до войны в Золочевском замке.
История замка известна с 17-го века. Он был построен как мощное защитное сооружение на пути турков и татар. Основателями и первыми владельцами замка была семья Собесских, в 18 веке он перешёл к Радзивиллам и до 1834 г. его арендовали польские магнаты. Затем замок перешёл в государственную собственность, в нём размещались австрийские кошары, а в 1872 г. в нём расположилась тюрьма. Эту роль, при всех последующих оккупационных властях в Галичине (австрийской, польской, советской, немецкой), замок выполнял до конца 2-й мировой войны.

Все, происходившее в советский период, описанное выше, имело место и в Золочевской тюрьме. Немецкие войска вступили в город 6 июля. С утра перед замком начали собираться люди – в основном родственники и друзья заключённых.

Перед стеной замка, над которой высилось следственно-управленческое здание, под выступающим из здания желобом, была огромная свежезасыпанная яма. Её открыли, сваленные в яму тела стали извлекать и раскладывать рядами. Останков насчитали 432, многие из них были оголены. Тела замученных сбрасывали в ямы по этому желобу. Врачи установили, что происходило это не более 2 недель назад. Желоб был установлен в большом зале, залитом кровью. На стенах — следы пуль и крюки для пыток. Посреди зала – окровавленные столы, орудия пыток. Следы нечеловеческих истязаний были на большинстве тел: выколотые глаза, отрезанные части тел, связанные или выломанные руки и ноги, изуродованные женские тела. Почти у всех прострелены головы. Люди ходили между рядами, теряя сознание от ужаса и смрада. Близких иногда узнавали только по одежде. Отовсюду неслись крики отчаяния и скорби, когда родные находили своих. Вскоре открыли вторую яму — во дворе, с внутренней стороны этого же здания. Там обнаружили 217 тел. Санитарная комиссия, назначенная немцами, установила, что часть из них были похоронены ещё живыми, несколько дней назад. Множество тел нашли в здании тюрьмы, часть из них успели замуровать. В камерах и коридорах тюремного корпуса – везде кровь, разбросанные вещи заключённых. Всего опознали и забрали для индивидуального захоронения 21 тело. Остальные (более 700) были торжественно захоронены в общей могиле на городском кладбище по ул. Сичовых Стрильцив, установлен большой деревянный крест, который уничтожили позже «советы». Для сохранения могилы жители посадили на ней дерево.

В 1986 году, в период демократических преобразований, замок был передан как памятник архитектуры Львовской картинной галерее. Одновременно с реставрационными работами начались исторические исследования, большое место в которых занимает восстановление кровавых событий июня 1941 г. При музее была основана районная общественная организация «Мемориал». Уже сейчас в двух бывших тюремных камерах замка открыта музейная экспозиция предметов быта заключённых, найденных при ремонтных работах. Опрошены местные жители, собраны сотни свидетельств очевидцев, портреты замученных узников. Сохранились и ужасные фотокадры, снятые сразу после отступления советов. Списки погибших в Золочевской тюрьме в июне 41-го, составленные со слов очевидцев, дополнены Львовским благотворительным обществом «Пошук», данными архивов НКВД, которые сохранились только частично. Сейчас эти списки составляют 460 имён и продолжают пополняться. Национальный состав этих жертв отличается от погибших в 1940 г., здесь около 70 поляков, 4 русских, 4 немца, 27 евреев, остальные – украинцы. В тот период главным объектом репрессий были местная интеллигенция, украинские патриоты.

В 1990 г. на братской могиле был установлен мемориальный комплекс. Львовский архитектор Бучинский, у которого там похоронен отец, изготовил для комплекса деревянную звонницу и камень скорби.

У стен замка ежегодно в начале июля жители города и окрестных сёл собираются на молебен по невинным жертвам большевицкого режима. В 1995 году на этом месте, напротив здания пыток, сооружена часовня. Авторы скульптур и мозаики – семья Бриж-Безниско, архитектор Василий Каменщик. Желающие помянуть погибших приходит сюда и на братскую могилу. Память о погибших – священна для живых.